sir_michael`s_traffic


Мы должны делать добро из зла, потому что его больше не из чего делать

Анна Ахматова-50-3-2
Конечно, была в СССР и литература, прославляющая «руководящую и направляющую роль Коммунистической партии Советского Союза». Но кто сейчас помнит этих литераторов? А настоящие, сильные писатели и поэты, которые составили гордость нашей культуры, — ведь они все, как один, были кончеными антикоммунистами. Да, они были за советскую власть. Но что такое настоящая, не отравленная «коммунистическим руководством» советская власть? Чистая демократия — «власть Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов». Парламентская, то есть, власть. Которой у нас в ССР ни дня не было. Нет, попытки ее установить, конечно, были — в 1921 году революционные матросы Кронштадта (те самые, которые брали Зимний, ага) выступили под лозунгами «Власть Советам, а не партиям!» и «За Советы без большевиков!». За это они были моментально названы «мятежниками» («Кронштадтский мятеж», помните? А ребята за Советскую власть выступали!) и расстреляны вместе с семьями, а население Кронштадта почти поголовно выселено с острова и репрессировано. И все, с тех пор в «Советском» Союзе охотников выступать за «советскую власть» поубавилось. А в литературе они остались. Потому как литература без свободы — это… Это Первый канал, короче, чего там.

Я тут намедни читал гневную отповедь Твардовскому одного йуного демократа. За стихотворные здравицы в адрес Сталина. Невдомек сегодняшним критикам, что облизывание шестипалого грузина в те годы было не подхалимажем, а единственным способом остаться в живых. А когда Джугашвили благополучно сыграл в ящик, у Твардовского вышла поэма «Теркин на том свете». В которой его герой умирает и… попадает в дикую страну, которая один в один напоминает живую советскую реальность. «Любопытствуешь? / — Еще бы! Постигаю мир иной. / — Там отдел у нас. Особый. Так что лучше — стороной… / — Посмотреть бы тоже ценно! / — Так нельзя. Поскольку он / Ни гражданским, ни военным / здесь властям не подчинен… /
Речь, как вы поняли, шла об отделах СМРШ, критику которых наша Дума хочет объявить уголовным преступлением. Загремел бы Александр Трифонович по думской статье, как последний экстремист. Почитайте, кто не читал.

Советская поэзия практически вся была проникнута духом антикоммунизма и антитоталитаризма. Вся. Да, часто читать приходилось между строк, правильно понимать образы и символы, но это и понятно — спорить с властью тогда было опасно не меньше, чем сейчас. Вспомните Ахматову —

«Перед этим горем гнутся горы,
Не течет великая река,
Но крепки тюремные затворы,
А за ними «каторжные норы»
И смертельная
тоска.
Для кого-то веет ветер свежий,
Для кого-то нежится закат —
Мы не знаем, мы повсюду те же,
Слышим лишь ключей постылый скрежет
Да шаги тяжелые солдат.
Подымались как к обедне ранней,
По столице одичалой шли,
Там встречались, мертвых бездыханней,
Солнце ниже и Нева туманней,
А надежда все поет вдали.

Приговор… И сразу слезы хлынут,
Ото всех уже отделена,
Словно с болью жизнь из сердца вынут,
Словно грубо навзничь опрокинут,
Но идет… Шатается… Одна…
Где теперь невольные подруги
Двух моих осатанелых лет?
Что им чудится в сибирской вьюге,
Что мерещится им в лунном круге?
Им я шлю прощальный свой привет».

Эти строки Анна Андреевна в 1940 году написала. В том самом году, который апологеты коммунизма называют «светлым и радостным». «Светло и радостно» может быть только от пропагандистского кино тех лет (всенародно любимый «Цирк» с Любовью Орловой помните, в каком году на экраны вышел? В 1937-м, на всякий случай), да от передовиц газеты «Правда». А о реальной жизни писали советские литераторы. Да так, что мороз по коже.

Помните знаменитую песню А.Пугачевой о Ленинграде? «Ленинград, Ленинград, я еще не хочу умирать…» Танцевальный мотивчик, вальс, если я правильно помню, на три четверти такой — ум-па-па, ум-па-па… Так бы и закружился (умею, кстати, да). А о чем само стихотворение, обращали внимание когда-нибудь? Каких именно «гостей дорогих» ждал «наскозь простукаченный» (по собственным словам) Осип Мандельштам, проводивший в подвалы ЧК всех друзей и знакомых?

«Я на лестнице черной живу, и в висок
Ударяет мне вырванный с мясом звонок,

И всю ночь напролет жду гостей дорогих,
Шевеля кандалами цепочек дверных.

Петербург! Я еще не хочу умирать…»

Совсем не танцевальное стихотворение, короче.

Почему это я вдруг ни с того, ни с сего о советской литературе вспомнил. Да потому, что мы живем в странное время, которое до боли напоминает сталинский «совок». И политические репрессии, призванные обеспечить единоличную власть одного-единственного руководителя, усиливаются с каждым днем. Кого-то может и отчаяние охватить. Кто-то может и испугаться. Вот им я и хочу посоветовать — братцы, читайте советскую литературу! Знайте, что были и худшие времена. И всегда оставались люди, которые не ломались. Те торговали взглядами и убеждениями. А были просто хорошими, честными людьми. Это, кстати, в тоталитарное время — самое сложное дело. Тоталитаризм честных не приемлет. Вон, у Петра Офицерова спросите… Или у Магницкого. Ну, у Магницкого уже позже спросите. После Страшного Суда. А нам еще надо до земного суда дожить. Над всеми теми, кто снова ввергает нашу страну в тоталитарную тьму. А для этого… А для этого — только не смейтесь! — надо читать хорошую советскую литературу. Литературу протеста, литературу либеральную и демократическую. Она научит, как надо жить. Честное слово.

Оставить комментарий


Вставить картинку: uploads.ru savepic.su radikal.ru

Proudly powered by WordPress.
Перейти к верхней панели